Меню Рубрики

В каком николаем ивановичем луниным веке были открыты витамины

Далеко не каждому человеку знакомо имя Лунина Николая Ивановича. А ведь именно этот ученый в свое время выяснил полезные свойства витаминов. До этого исторического открытия пищевая ценность потребляемых продуктов определялась лишь согласно присутствию в них таких составляющих, как углеводы, белки и жиры. Кто же такой Лунин Николай Иванович? Биография, жизненный путь, вклад ученого в науку – все это будет рассмотрено в нашей статье.

Лунин Николай Иванович появился на свет 9 мая 1854 года в городе Дерпт (Тарту), что находился в Лифляндской губернии Российской империи. Родился мальчик в семье лексикографа Ивана Лунина. Отец нашего героя был знаменит в качестве автора первого в истории эстонско-русского словаря. Также глава семьи увлекался переводом на эстонский язык православной литературы. Мать Николая – Анна Бакалдина, не имела творческих талантов.

Обучался молодой человек в обычной гимназии в родном городе. После окончания последней поступил в Дерптский университет. Здесь был распределен на медицинский факультет. Примечательно, что в то время в Дерптском университете все предметы преподавались на немецком языке.

Престижный вуз наш герой окончил в 1878 году. Однако Н. И. Лунин решил не покидать Дерптский, или, как его стали называть, Тартуский университет. В целях дальнейшего совершенствования он остался трудиться на кафедре физиологии. Поначалу молодой человек на протяжении года проходил стажировку в крупнейших европейских городах. В частности, повышением собственной квалификации бывший студент занимался в лучших учебных заведениях Берлина, Страсбурга, Парижа и Вены. Вернувшись в Тартуский университет, Лунин начал ставить свои первые научные опыты.

В 1882 году ученый перебрался в Санкт-Петербург. Следующие несколько лет Николай Иванович трудился в больнице принца Ольденбургского, где занимал должность детского врача. Затем выдающийся профессор Владимир Николаевич Рейтц организовал научно-исследовательский центр для изучения заболеваний подрастающего поколения при Институте княгини Елены Павловны. Вскоре сюда был приглашен Николай Лунин, который стал одним из самых талантливых исследователей и преподавателей на курсе.

В 1897-м наш герой стал главой детского приюта, что функционировал при Елизаветинской больнице. С этого момента важнейшую часть жизни ученого стала занимать активная общественная деятельность. Он имел членство в Обществе немецких врачей, состоял в отделении по учреждению институтов, председательствовал в Русском географическом сообществе. С 1925 года Николай Иванович занимался консультациями населения по вопросам педиатрии в сфере ушных, горловых и носовых заболеваний.

Иван Николаевич Лунин, помимо плодотворной работы в сфере научных исследований, был знаменит как успешный собаковод. Более 3 десятков лет своей жизни выдающийся исследователь посвятил разведению, селекции и совершенствованию собак породы пойнтер.

Н. И. Лунин являлся страстным охотником. Однажды ему пришла идея выведения идеальной русской легавой. Создать новую породу ученый решил, пользуясь своим опытом в скрещивании животных. Итогом многолетних проб и ошибок стали первоклассные пойнтеры, которые вызывали неподдельный восторг у каждого, кому приходилось их видеть.

Собаки, которые стали результатом селекции, сочетали в себе качества, необходимые для охоты в полевых условиях, с прекрасным внешним видом и могучим телосложением. Закрепление за собой этой породы позволило Николаю Ивановичу Лунину встать в один ряд с наиболее выдающимися собаководами мира. По сей день за пойнтерами сохраняется слава блестящего достижения отечественной кинологии. До самой смерти знаменитый ученый оставался неизменным председателем всевозможных собраний и комиссий в области разведения породистых собак, а также неоднократно играл роль судьи во время полевых испытаний и выставок. Активная кинологическая и общественная деятельность позволила Николаю Ивановичу Лунину стать человеком, на которого десятилетиями равнялись российские собаководы.

Еще в конце XIX века человечество не располагало никакими сведениями о существовании витаминов. Ученые полагали, что для здорового функционирования организма достаточно наличия в пище одних лишь жиров, белков и углеводов. Как оказалось позже, благодаря исследованиям Николая Ивановича Лунина, дела обстояли иначе.

В древности люди часто страдали от таких патологических проявлений, как цинга, рахит, куриная слепота. Заболевания являлись следствием развития авитаминозов. Зачастую такие недуги поражали мореплавателей, участников экспедиций, путешественников, военных, заключенных, а также население осажденных городов. Всем этим людям не хватало витаминов по причине дефицита в рационе свежих фруктов и овощей.

Ученые и медики долгое время пытались доказать, что вышеуказанные заболевания вызваны инфекциями, а также проникновением в организм пищевых ядов и токсинов. Так продолжалось до того времени, пока не сделал свое открытие выдающийся российский ученый.

В 1880 году российский исследователь представил научному сообществу результаты своих опытов, отмеченных в диссертации под названием «О значении неорганических солей для питания животных». Именно в этом труде впервые было отмечено существование витаминов и их роль в жизнедеятельности организмов.

Предпосылкой к открытию стало проведение целого ряда лабораторных исследований. Николай Лунин решил взять подопытных мышей, разделив их на несколько групп. Одних грызунов ученый кормил органическим составом, основополагающими компонентами которого выступали минеральные соли, вода, жиры, белки и углеводы. Другой группе исследователь предлагал натуральное коровье молоко.

Мыши первой категории погибали на протяжении нескольких недель. Остальные подопытные, которые употребляли натуральный продукт, сохраняли нормальное самочувствие. Опираясь на полученные результаты, Николай Иванович сделал вывод, что в молоке содержатся ранее неизвестные микроэлементы, без которых не может обойтись организм. Завершающий шаг сделал польский исследователь Казимир Функ, который воспользовался наработками Лунина и синтезировал витамины из органических веществ химическим путем.

В 20-х годах ХХ века исследователи определили, что при растворении известного на то время науке витамина B в воде образуются его производные, такие как В1, В2, В3. Открытие позволило выявить целый ряд прочих незаменимых для организма веществ, в частности, витаминов В12 (цианокобаламин), В9 (фолиевая кислота), В5 (пиридоксин) и других. Всего ученые зарегистрировали несколько десятков ранее неизведанных соединений. Вскоре были разработаны методики получения витаминов искусственным путем.

В 1934 году Николай Иванович официально вышел на пенсию. Прожил выдающийся исследователь еще 3 года и покинул наш мир в 1937-м. Его тело было погребено рядом с учителем Карлом Раухфусом на Волковском кладбище в Санкт-Петербурге. Позже именем Николая Лунина была названа улица и переулок в его родном городе Тарту. Также здесь появилась улица Витамийни, которая получила свое наименование в честь открытия ученым витаминов.

источник

История открытия витаминов берет свое начало в конце 18 века. Ко второй половине 19 века было выяснено, что пищевая ценность продуктов питания определяется содержанием в них в основном следующих веществ: белков, жиров, углеводов, минеральных солей и воды. Считалось общепризнанным, что если в пищу человека входят в определенных количествах все эти питательные вещества, то она полностью отвечает биологическим потребностям организма. Это мнение прочно укоренилось в науке и поддерживалось такими авторитетными физиологами того времени, как Петтенкофер, Фойт и Рубнер. Однако практика далеко не всегда подтверждала правильность укоренившихся представлений о биологической полноценности пищи.

Практический опыт врачей и клинические наблюдения издавна с несомненностью указывали на существование ряда специфических заболеваний, непосредственно связанных с дефектами питания, хотя последнее полностью отвечало указанным выше требованиям. Об этом свидетельствовал также многовековой практический опыт участников длительных путешествий. Настоящим бичом для мореплавателей долгое время была цинга, от нее погибало моряков больше, чем например в сражениях или от кораблекрушений. Так, из 160 участников известной экспедиции Васко де Гама прокладывавшей морской путь в Индию-100 человек погибли от цинги. История морских и сухопутных путешествий давала также ряд поучительных примеров, указывавших на то, что возникновение цинги может быть предотвращено, а цинготные больные могут быть вылечены, если в их пищу вводить известное количество лимонного сока или отвара хвои.

Таким образом, практический опыт ясно указывал на то, что цинга и некоторые другие болезни связанны с дефектами питания, что даже самая обильная пища сама по себе еще далеко не всегда гарантирует от подобных заболеваний и что для предупреждения и лечения таких заболеваний необходимо вводить в организм какие-то дополнительные вещества, которые содержаться не во всякой пище.

Экспериментальное обоснование и научно-теоретическое обобщение этого многовекового практического опыта, впервые стали возможны благодаря открывшем новую главу в науке исследованием русского ученого Николая Ивановича Лунина, изучавшего в лаборатории Г.А. Бунге роль минеральных веществ в питании.

Николай Иванович сделал весомый вклад в историю открытия витаминов. Н.И.Лунин проводил свои опыты на мышах, содержавшихся на искусственно приготовленной пище. На основании этих работ Н.И.Лунин в 1880 г . пришел к следующему заключению:». если, как вышеупомянутые опыты учат, невозможно обеспечить жизнь белками, жирами, сахаром, солями и водой, то из этого следует, что в молоке, помимо казеина, жира, молочного сахара и солей, содержатся еще другие вещества, незаменимые для питания. Представляет большой интерес исследовать эти вещества и изучить их значение для питания». Это было важное научное открытие, опровергавшее установившееся положения в науке о питании.

В 1890 г. К.А.Сосин повторил опыты Н.И.Лунина с иным вариантом искусственной диеты и полностью подтвердил выводы Н.И.Лунина. Все же и после этого безупречный вывод не сразу получил всеобщее признание. Блестящим подтверждением правильности вывода Н.И.Лунина установлением причины болезни бери-бери, которая была особенно широко распространена в Японии и Индонезии среди населения, питавшегося главным образом полированным рисом. Врач Эйкман, также сделал вклад в историю открытия витаминов, работавший в тюремном госпитале на острове Ява, в 1896 году подметил, что куры, содержавшиеся во дворе госпиталя и питавшиеся обычным полированным рисом, страдали заболеванием, напоминающим бери-бери. После перевода кур на питание неочищенным рисом болезнь проходила. Наблюдения Эйкмана, проведенные на большом числе заключенных в тюрьмах Явы, также показали, что среди людей, питавшихся очищенным рисом, бери-бери заболевал в среднем один человек из 40,тогда как в группе людей, питавшихся неочищенным рисом, ею заболевал лишь один человек из 10000.

Таким образом, стало ясно, что в оболочке риса (рисовых отрубях) содержится какое-то неизвестное вещество предохраняющее от заболевания бери-бери. В 1911 году польский ученый Казимир Функ выделил это вещество в кристаллическом виде (оказавшееся, как потом выяснилось, смесью витаминов); оно было довольно устойчивым по отношению к кислотам и выдерживало, например, кипячение с 20%-ным раствором серной кислоты. По своим химическим свойствам это вещество принадлежало к органическим соединениям и содержало аминогруппу. Функ пришел к заключению, что бери-бери является только одной из болезней, вызываемых отсутствием каких-то особых веществ в пище.

Несмотря на то, что эти особые вещества присутствуют в пище, как подчеркнул ещё Н.И.Лунин, в малых количествах, они являются жизненно необходимыми. Так как первое вещество этой группы жизненно необходимых соединений содержало аминогруппу и обладало некоторыми свойствами аминов, Функ (1912)предложил назвать весь этот класс веществ + витаминами (лат.vita-жизнь, amin-аминь). Термин «витамины» настолько прочно вошел в обиход, что менять его не имело уже смысла. После выделения из пищевых продуктов вещества, предохраняющего от заболевания бери-бери, был открыт ряд других витаминов. Большое значение в развитии учения о витаминах имели работы Гопкинса, Степпа, Мак Коллума, Мелэнби и многих других учёных.

В настоящее время известно около 20 различных витаминов. Установлена и их химическая структура; это дало возможность организовать промышленное производство витаминов не только путём переработки продуктов, в которых они содержаться в готовом виде, но и искусственно, путём их химического синтеза.

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

источник

Приветствую Вас, Уважаемые Читатели! В сегодняшней статье я предлагаю Вам пройтись по страницам истории открытия витаминов.

Вас ждут интересные факты о том, кто открыл витамины, каким был первый открытый витамин, а также, какой вклад в историю открытия и изучения витаминов внесли Джеймс Линд, Николай Иванович Лунин, Христиан Эйкман, Казимир Функ и другие.

До конца XIX века наши предки даже не догадывались о существовании витаминов. Считалось, что наличие в продуктах питания белков, жиров, углеводов, минеральных солей и воды достаточно для нормальной работы организма.

Научные авторитеты того времени такие, как Макс Рубнер, Карл Фойт и Макс Петтенкофер, также поддерживали данную теории. Однако на практике дела обстояли совсем иначе.

С древних времен люди страдали от классических авитаминозов, таких как цинга, куриная слепота, пеллагра, бери – бери, рахит.

Эти специфические заболевания были вызваны недостатком или полным отсутствием в пище особых веществ, ныне называемых витаминами.

Чаще всего авитаминозам подвергались мореплаватели, совершавшие длительные путешествия, участники экспедиций, военные, путешественники, заключенные, жители осадных городов.

Как правило, в их рационе питания не хватало свежих овощей, фруктов, мяса.

Так, моряки перед тем, как пуститься в долгое плавание, обычно запасались соленой свининой и сухарями – продуктами длительного хранения.

В результате чего заболевали цингой — опасным заболеванием (вызванным недостатком витамина С), при котором стенки сосудов становятся очень хрупкими, кровоточат десна, выпадают зубы, на коже появляются кровоизлияния.

В тяжелых случаях наступает смерть. По подсчетам историков, за время великих географических открытий от цинги умерло порядком 1 млн. моряков.

Знаменитая экспедиция в Индию под руководством Васко де Гама завершилась тем, что 100 человек из 160 заболело и скончалось от цинги. Команда Магеллана также страдала от этой болезни.

Несмотря на это ученые и медики тех времен считали, что причинами авитаминозов являются токсины, пищевые яды и инфекции, а не нехватка витаминов в пищевом рационе.

Еще в древние времена люди интуитивно догадывались, что причина авитаминозов кроется в дефекте питания, и использовали целебные свойства некоторых продуктов в борьбе с этими специфическими заболеваниями.

Древние египтяне знали, что сырая печень, богатая витамином А, спасает от куриной слепоты (неспособность видеть в темное время суток).

Древнегреческий врач Гиппократ также назначал печень для лечения глаз. В 1330 году в Пекине придворный медик и диетолог Ху Сыхуэй опубликовал трехтомный труд «Важные принципы пищи и напитков».

В котором указал на необходимость комбинировать различные продукты питания в ежедневном рационе для поддержания крепкого здоровья.

В 1536 году французскому землепроходцу Жаку Картье пришлось остановиться на зиму в Канаде. Дело в том, что 100 членов его команды заболели цингой.

Местные индейцы предложили больным лечебное средство: воду, настоянную на сосновой хвое. От безысходности люди Картье приняли целебный отвар, в результате чего поправились.

В 1747 году экипаж британского военного корабля, на котором служил врачом шотландец Джеймс Линд, поразила цинга. Линд принял решение найти средство от цинги.

Для своих экспериментов он выбрал 20 больных моряков и разделил их на несколько групп.

Первой он к привычной еде добавил порцию сидра, второй группе – порцию морской воды, третьей – уксус, а четвертой – лимон и апельсин.

В итоге, выздоровела только четвертая группа, в рацион которой входили лимоны и апельсины.

Свои результаты Джеймс Линд опубликовал в 1753 году в трактате «Лечение цинги», в котором описал роль цитрусовых в предотвращении данного заболевания.

Примеру Линда последовал английский путешественник Джеймс Кук, совершавший плавание по Тихому океану с 1772 по 1775 гг. В экспедиции принимали участие два корабля.

На одном корабле в рацион моряков были добавлены свежие овощи, фрукты, а также кислая капуста, лимонный и морковный сок. В результате длительного путешествия ни один из членов экипажа данного судна не заболел цингой.

При этом четверть команды другого корабля, на котором отсутствовали запасы овощей и фруктов, страдала от этой болезни.

Первым, кто установил, что в продуктах питания помимо белков, жиров, углеводов, минеральных солей и воды содержатся другие пищевые факторы, необходимые для жизни, был русский врач и биохимик Николай Иванович Лунин из Тартуского университета.

В 1880 году Лунин проводил эксперименты на мышах. Были взяты две группы мышей. Одних Николай Иванович кормил искусственным молоком, которое состояло исключительно из казеина (молочного белка), жира, молочного сахара, минеральных солей и воды.

Мыши, питающиеся таким молоком, вскоре начинали терять в весе и погибали. Мыши из другой группы, которым давали в пищу натуральное молоко, росли здоровыми и крепкими.

На основании полученных данных Лунин сделал следующий вывод: «…если, как вышеупомянутые опыты учат, невозможно обеспечить жизнь белками, жирами, сахаром, солями и водой.

То из этого следует, что в молоке, помимо казеина, жира, молочного сахара и солей, содержатся еще другие вещества, незаменимые для питания.

Представляет большой интерес исследовать эти вещества и изучить их значение для питания». Это было первое серьезное открытие, касающиеся витаминов!

Однако научный мир не принял всерьез заключение русского ученого. В 1890 году аналогичные эксперименты провел К.А. Сосин. Результаты его исследований повторяли выводы Н.И. Лунина.

Следующий шаг в истории открытия витаминов был сделан нидерландским врачом и бактериологом Христианом Эйкманом.

В 1886 году Эйкман отправился в тюремный госпиталь на остров Ява с целью изучить причину болезни бери – бери, которая уносила сотни тысяч жизней.

В основном это заболевание было характерно для жителей Японии и Юго-Восточной Азии.

Бери – бери (в переводе с сингальского «крайняя слабость», паралич) – авитаминоз, вызванный недостатком витамина В1 (тиамина).

Для своих опытов Эйкман использовал кур. В ходе одного из экспериментов он обнаружил, что цыплята, питающиеся шлифованным рисом, заболевали полиневритом (очень похожим на бери — бери).

Когда же подопытных животных переводили на неочищенный рис, они выздоравливали. Кроме того было отмечено, что тюремные заключенные, которых кормили очищенным рисом, болели бери – бери в среднем один человек из 40.

Тогда как среди людей, употреблявших в пищу неочищенный рис, болезни подвергались всего один человек из 10 000.

Принимая во внимание данные результаты, Христиан Эйкман сделал вывод, что в рисовой шелухе содержится неизвестное вещество, способное предупреждать полиневрит (бери — бери).

Вместе с помощниками ученый выделил данное соединение из шелухи водой. Далее он заметил, что молекулы обнаруженного вещества настолько малы, что проходят сквозь мембрану, через которую не способны проникать белки.

На этом его эксперименты закончились. Однако Эйкман внес огромный вклад в историю открытия витаминов, за что и получил в 1929 году Нобелевскую премию.

В то же время такие ученые, как голландский диетолог К.А. Пекельхаринг, английский биохимик Фредерик Хопкинс и другие, также провели ряд экспериментов, в ходе которых сделали вывод, что в молочном белке (казеине) содержится вещество, необходимое для роста и развития организма (Фредерик Хопкинс в 1929 году был удостоен Нобелевской премии вместе с Эйкманом).

Однако вопрос о том, что это за вещество и какую структуру оно имеет, оставался открытым до тех пор пока …

В 1911 году польский биохимик Казимир Функ выделил путем химического анализа из рисовых отрубей кристаллическое соединение (в настоящее время именуемое, как витамин В1 или тиамин), которое предотвращало заболевание бери – бери.

Читайте также:  В каких ягодах больше витамин с

Позже ученый получил его из дрожжей и других продуктов. Обнаруженное вещество было устойчиво к действию кислот (выдерживало кипячение 20% — ным раствором серной кислоты), однако быстро разрушалось в щелочной среде.

По своей химической природе данное соединение относилось группе органических веществ и содержало азот в составе аминогруппы NH2.

В 1912 году Функ назвал это вещество «витамином» или «жизненным амином» (в переводе с латинского «vita» — жизнь, «amini» — амины, азотистые соединения).

Кроме того Казимир Функ впервые ввел понятие «авитаминоз», «гиповитаминоз» и «полигиповитаминоз».

Также он предположил, что причиной таких заболеваний, как цинга, бери – бери, пеллагра, рахит, куриная слепота, является отсутствие в пище одного из «жизненных аминов».

Несмотря на то, что не все витамины содержат аминогруппу NH2, термин «витамины» прочно обосновался в научном мире и используется до сих пор.

В 1913 году американские биохимики Элмер Вернер Макколлум и Маргарита Дэвис выделили из сливочного масла и яичного желтка вещество, которое плохо растворялось в воде, зато хорошо в жирах.

Макколлум назвал его «жирорастворимым фактором А», а «витамин» Функа, предупреждающий бери — бери – «водорастворимым фактором В».

Фактором называли неизвестное по химическому строению вещество, выполняющее конкретную функцию в живом организме.

С тех пор подобные факторы стали обозначать буквами латинского алфавита. Далее были открыты еще два «водорастворимых фактора — С и РР. Первый против цинги, второй против пеллагры.

В 1920 году английский биохимик Джек Сесиль Драмонд решил упорядочить номенклатуру витаминов. Он изменил название «жирорастворимый фактор А» на «витамин А», а «водорастворимые факторы В и С» соответственно на «витамин В» и «витамин С».

В дальнейшем витамин А стал считаться фактором, препятствующим сухости тканей, окружающих глаз: роговой оболочки и конъюнктивы. Данное заболевание носит название «ксерофтальмия» (в переводе с греческого «сухие глаза»).

В 1920 году Макколум выделил из жира печени трески вещество, препятствующее рахиту (заболевание костей). Данное соединение было названо «витамином D».

Таким образом, витамины А и D стали считаться жирорастворимыми, а витамины С и В водорастворимыми.

К 1930 году ученые выяснили, что витамин В включает в себя целый ряд веществ, каждый из которых имеет свои свойства и функции (например, витамины В1, В2, В3). Все они растворялись в воде.

В дальнейшем учеными разных стран были открыты и другие витамины такие, как жирорастворимые витамины К и Е, водорастворимые витамины – пантотеновая кислота (витамин В5), пиридоксин (витамин В6), биотин (витамин Н), фолиевая кислота (витамин В9), цианокобаламин (витамин В12) и другие.

Всего их насчитывалось около 30. Кроме того была установлена химическая структура витаминов, разработаны методы их получения.

Итак, довольно таки обширная статья про историю открытия витаминов подошла к концу. Надеюсь, информация была Вам полезна!

источник

В один из дней 1880 года знаменитый физиолог профессор Бунге пригласил в свой кабинет доктора Лунина, русского ученого, работавшего в его лаборатории в городе Базеле.

— Я слышал, что вы намерены изучать составные части пищи животных? — спросил он.

— Да, я хочу выяснить, какие вещества необходимы животным для жизни и роста, — ответил Лунин.

Профессор Бунге пожал плечами.

— Но ведь это уже установлено вполне твердо, — сказал он.

Профессор назвал Лунину книги, в которых подробно излагается роль составных частей пищи — белков, жиров, углеводов, солей и воды. Несколько книг были написаны самим профессором Бунге.

Лунин поблагодарил профессора. Да, он знает эти книги. Ему известны взгляды современных ученых. И все же он хочет проверить: действительно ли в пище есть все вещества, необходимые для жизни животных?

Профессор Бунге не стал спорить. Русский ученый был предоставлен самому себе.

В комнате, где работал Лунин, появились две клетки с мышами. Обитателям одной клетки Лунин ежедневно давал цельное коровье молоко. Это была самая здоровая пища, ибо организм матери вырабатывает молоко специально для выкармливания детей. В нем есть все необходимые для жизни и роста животных вещества. Ученые были уверены, что они знают каждую составную часть молока. В справочниках Лунин прочитал, что в каждом килограмме цельного коровьего молока содержится 39 граммов жиров, 32 грамма белков, 51 грамм углеводов, 7 граммов солей и 871 грамм воды. Мыши охотно принимали молоко и развивались, как на воле.

Пищу для обитателей второй клетки Лунин готовил специально. Он сам делал молоко из сливочного масла, сахара, солей и других веществ. И у него получался напиток, похожий на настоящее коровье молоко. Сходство было не только внешним. В искусственном молоке Лунина содержалось ровно столько жиров, белков, углеводов, солей и воды, сколько их было в настоящем молоке.

Мыши не заметили обмана. Они охотно теснились вокруг блюдечка с искусственным молоком и поглощали его так же быстро, как выпивали коровье молоко их соседи. Но уже через две недели в поведении мышей из второй клетки произошла перемена. Сначала они стали более, вялыми. Затем начал пропадать аппетит. Они уже не набрасывались с прежней жадностью на блюдечко с молоком. Мыши стали худеть, а еще через несколько дней Лунину пришлось извлекать из клетки умерших животных. Вскоре во второй клетке не осталось в живых ни одной мыши.

А в первой клетке все до единой мыши были совершенно здоровы и попрежнему устраивали веселую возню при появлении блюдечка со свежей порцией коровьего молока.

Лунин много раз повторял свой опыт. И всегда получал тот же результат. Мыши прекрасно выживали, когда их кормили настоящим коровьим молоком, но они погибали, питаясь искусственным молоком.

В 1881 году Лунин напечатал статью о своих опытах. Он написал в ней: «Очевидно, в естественной пище — такой, как молоко, должны присутствовать в малых количествах, кроме известных главных составных частей пищи, еще и неизвестные вещества, необходимые для жизни».

Руководитель лаборатории профессор Бунге больше не удивлялся «чудачеству» русского ученого. Он понял, что тот напал на след какого-то великого открытия в той самой области, которая профессору казалась изученной до последнего, уголка.

Профессор Бунге поручил своему сотруднику доктору Зокину также заняться работой в этой области. Однако прошло десять лет, прежде чем тот смог опубликовать свои результаты. За это время произошел ряд событий, которые, на первый взгляд, никакого отношения к опытам доктора Лунина не имели.

Вряд ли доктор Такаки, главный санитарный инспектор японского флота, знал про опыты русского доктора Лунина. Ему было не до судьбы мышей, питавшихся искусственным молоком. Его внимание целиком поглощало изучение причин частых вспышек эпидемии страшной болезни, ежегодно выводившей из строя около одной трети всех японских моряков.

Болезнь подкрадывалась к человеку незаметно. Сначала моряки только жаловались на плохой аппетит и падение работоспособности. Они оставляли несъеденными свои порции за обедом и валились от усталости после таких работ, которые в другое время выполняли легко, без всякого напряжения. К этому присоединялись боли в ногах и усиленное сердцебиение.

Постепенно усталость увеличивалась, появлялась слабость в ногах. Походка становилась неуверенной, словно на ноги были надеты тяжелые оковы. Настроение больных падало, чему способствовало ухудшение зрения и слуха. Вместе с резким похуданием наблюдалось падение температуры тела и появление одышки. Целые участки тела теряли чувствительность. Иногда начиналось опухание рук, ног и других частей тела, а затем следовали параличи — отнимались руки, ноги. В шестидесяти, а нередко и семидесяти случаях из ста больные в конце концов умирали от паралича сердца.

Эта болезнь на востоке — в Японии, Китае, Южной Индии, Индонезии — известна более тысячи лет. За появление слабости в ногах ее называют «бери-бери», что значит «оковы ног». Перед санитарным инспектором Такаки встала задача — изгнать бери-бери из японского флота.

Трудно устранить болезнь, не зная ее причины. Доктор Такаки стал тщательно изучать бери-бери. Вскоре ему показалось, что он напал на след.

Он подметил, что болезнь начинается с потери аппетита. Человек отказывается от пищи — в этом, думал Такаки, причина всего остального. От этого человек начинает худеть, теряет силы, а уже потом следуют нервные, сердечные, желудочные и иные заболевания — истощенный организм вообще легко подвержен любой болезни.

Но от чего можно потерять аппетит? Очевидно, — решил Такаки, — от чрезмерного однообразия пищи. Если кормить человека изо дня в день одной и той же пищей, она невольно приедается настолько, что пропадает желание есть. Главной пищей японских моряков был рис — любимое национальное блюдо японцев. Морякам подавался самый лучший — белый, гладко отполированный рис, и они охотно ели рисовые блюда до тех пор, пока рис не приедался им до потери аппетита.

Впрочем, Такаки допускал и другую мысль. Может быть, дело не столько в потере аппетита, сколько в неполноценности риса как питательного вещества? В рисе белковых веществ не так много, он состоит главным образом из углевода, крахмала. Не появляется ли бери-бери из-за недостатка белков?

Как бы то ни было, — думал Такаки, — но и в том и в другом случае вывод только один — перевести моряков на смешанную пищу. Пища лишится однообразия и станет богаче белковыми веществами.

Такую замену Такаки и произвел в 1882 году. Результат был поразительный. Страшная болезнь бери-бери пошла в японском флоте на убыль, а затем и совсем почти исчезла.

Доктор Такаки целых три года наблюдал результаты своей работы. Месяцы шли, а вспышки эпидемии бери-бери во флоте не повторялись. В 1885 году Такаки опубликовал свои наблюдения. Причина бери-бери — в недостаточном белковом питании, — таков был его главный вывод.

Доктор Такаки считал, что это он изгнал бери-бери из японского флота. Однако другие врачи не согласились с ним.

Бери-бери — такая же заразная болезиь, как чума, холера, тиф, — говорили они, — потому что бери-бери почти всегда появляется как массовое заболевание, эпидемически. Значит, и причина бери-бери не в плохом питании, а так же, как у чумы, холеры, сыпного тифа — заражение особыми микробами, которые передаются от одного человека к другому. С заразными болезнями борются улучшением санитарного состояния. Прекращение эпидемий бери-бери во флоте — результат санитарных улучшений, а не изменения пищи моряков.

Действительно, санитарные улучшения в японском флоте проводились как раз в те самые годы, когда доктор Такаки добился замены рисовой пищи моряков смешанной пищей. И не было возможности решить, что же именно победило бери-бери. Теория заразного происхождения болезней была хорошо известна врачам. Теория белковой недостаточности и однообразия пищи, выдвинутая доктором Такаки, была новой и непривычной.

Конечно, самым лучшим способом проверить, кто же прав — врачи или Такаки, было бы перевести моряков снова на однообразную рисовую пищу, не отменяя санитарных улучшений. Но люди — не мыши, на них нельзя производить опыты, нельзя рисковать их здоровьем, хотя бы и для пользы науки. Такаки не смог строго доказать свою теорию. Врачи от нее отказались.

Победила теория заразного происхождения бери-бери. Но бороться с заразной болезнью, не зная, какими микробами она возбуждается, почти невозможно. И бери-бери продолжала оставаться бичем восточных стран.

В 1890 году на борьбу с бери-бери выступил голландский ученый доктор Эйкман, главный врач тюремной больницы на острове Ява.

Бери-бери была частым гостем в голландских тюрьмах на острове Ява, и доктору Эйкману то и дело приходилось направлять арестантов в тюремный госпиталь.

Как то раз, проходя по тюремному двору, доктор заметил любопытную картину. На площадке, где обычно бродили куры, несколько кур вели себя странно. Одна из них сидела на согнутых лапках, запрокинув голову назад и плотно прижав ее к спине. Другая лежала плашмя в неестественной позе, с вытянутыми вдоль туловища лапками. Несколько птиц бродили медленной, дрожащей, шатающейся походкой. А одна курица билась в припадке судороги.

Эйкман подошел поближе. Куры сделали попытку удрать от него, но лишь немногим удалось это сделать. Эйкман нагнулся и установил, что у лежащих на земле кур — типичный паралич ног и крыльев.

Что-то знакомое напомнило врачу поведение кур. И вдруг его осенило: да ведь это же настоящая бери-бери, та самая бери-бери, которой страдает добрая половина всех заключенных тюрьмы!

Доктор был взволнован. Он первый наблюдал бери-бери у домашних животных.

Его открытие давало новую возможность для изучения болезни. На больных животных можно проверить такие методы лечения, которые сразу на людей переносить невозможно.

Отчего заболели куры? Очевидно, они заразились от больных людей, решил Эйкман. Но как? Больные во дворе не гуляли и, следовательно, непосредственно заразить птиц не могли. Эйкман вспомнил, что кормили кур остатками пищи больных, состоявшей главным образом из очищенного риса.

Эйкман купил несколько здоровых кур. Половину их он стал кормить остатками риса, собранными из мисок больных бери-бери. Остальные куры получали совершенно такой же рис, но взятый прямо из кухни.

Если куры действительно заражаются от больных,— говорил Эйкман, — то заболеет только половина.

Но результат опыта оказался совершенно неожиданным. Все куры — и те, кто питались рисом из мисок больных бери-бери, и те, которых кормили рисом прямо из кухонного котла — заболели птичьим полиневритом (как назвал эту болезнь кур Эйкман).

Может быть, контрольные птицы, получавшие рис непосредственно из кухни, недостаточно изолированы от больных? Для проверки Эйкман поместил новую партию кур вдали от госпиталя и кормил их рисом, сваренным в его собственном доме. Результат был тот же.

Значит, причина не в заражении, заключил Эйкман.

Доктор предпринял новые опыты. Он покупал здоровых кур десятками и кормил их разными сортами риса. Нет ли особых ядовитых сортов риса? Один из опытов, казалось, подтвердил эту мысль. В лавке местного торговца Эйкман нашел сорт риса с красным оттенком. Куры, питавшиеся красным рисом, оставались здоровыми.

Задача, казалось, была решена.

Но когда доктор справился, что же это за сорт, ему ответили, что красный рис — просто плохо очищенный от оболочки самый обыкновенный рис.

Неужели ничтожное количество рисовой шелухи имеет такое большое значение? — подумал ученый.

Он взял здоровых кур и стал кормить их белым полированным рисом. Когда все куры имели явные признаки болезни бери-бери, он разделил их на три части и одних перевел на питание неочищенным рисом, других — плохо очищенным красным рисом, а третьим к белому полированному рису стал добавлять рисовые отруби.

Все куры выздоровели в несколько дней!

Доктор Эйкман был поражен.

Выходит, — говорил он, — что, стараясь кормить людей самым лучшим, гладко полированным белым рисом, мы тем самым вызываем у них болезнь бери-бери.

Рис — главная пища жителей острова Ява. Эйкман навел справки и узнал, что, действительно, там, где главной пищей жителей служил белый рис, больных бери-бери было гораздо больше, чем в местностях острова, население которых питалось не совсем очищенным, красным рисом.

Очевидно, в очищенном рисе, — решил Эйкман, — есть какие-то ядовитые вещества, отравляющие организм и вызывающие бери-бери. А в рисовых отрубях находится противоядие.

Эйкман попробовал выделить противоядие. Он залил рисовые отруби водой, дал постоять несколько дней, а затем слил воду и полученным настоем напоил больных кур. Все куры выздоровели.

Все ясно, — заключил Эйкман. — Противоядие растворимо в воде и перешло из отрубей в раствор.

В 1897 году доктор Эйкман опубликовал свою работу.

Он опроверг теорию заразного происхождения бери-бери. Он заменил ее теорией отравления ядом из очищенного риса.

Пока на далеких островах Японии и Индонезии врачи боролись с восточной болезнью бери-бери, в базельской лаборатории профессора Бунге продолжались работы, начатые русским доктором Луниным.

Сотрудник профессора Бунге — доктор Зокин, по примеру Лунина, кормил животных смесями очищенных веществ. Давая мышам только воду, белки, соли, углеводы и жиры, он довел их почти до смерти. Только тогда он стал добавлять им немного молока. Через день состояние мышей заметно улучшилось, и вскоре все они выздоровели.

Зокин стал опробовать продукты, помимо молока. Он перебрал множество продуктов. Успех пришел, когда он взял кусочек яичного желтка. Как и от молока, умирающие животные стали поправляться и далее развивались нормально.

«В яичном желтке также присутствуют неизвестные вещества, необходимые для жизни», заявил Зокин в статье, напечатанной в 1891 году, через десять лет после того, как русский ученый Лунин своим открытием заставил знаменитого профессора Бунге от насмешек над ним перейти к повторению и продолжению его работ.

Постепенно работы Лунина и Зокина получили широкую известность. Но выводы их шли настолько вразрез с установшимися взглядами, что даже авторитет профессора Бунге не мог заставить большинство ученых придать им серьезное значение. Слишком невероятным казалось, что ничтожные количества каких-то таинственных примесей так же важны животному, как десятки граммов белков, жиров, углеводов и солей. И на открытие Лунина почти все смотрели, как на курьез.

Прожив несколько лет на острове Ява, доктор Эйкман возвратился в Голландию и сделался профессором гигиены Утрехтского университета. Но и в Голландии он не бросил изучение бери-бери. Он привлек к работе своих учеников. И вот один из них, по фамилии Грийнс, в 1901 году неожиданно выступил против учителя.

— Не правильнее ли предположить, — заявил Грийнс,— что бери-бери вызывается не присутствием в рисе особых ядов, а наоборот, отсутствием каких-то полезных, необходимых для жизни веществ?

Профессор Эйкман принял вызов.

— Мои опыты ясно показали, — возражал он, — что противоядие, извлеченное мною из рисовых отрубей быстро обезвредило яд из чистого полированного риса и спасло умиравших кур.

— Но почему вы считаете, что в отрубях именно противоядие? — продолжал спорить Грийнс. —Выделить из риса яд вам не удалось. Очевидно, его там и нет. А в отрубях содержится не противоядие к несуществующему яду, а именно те необходимые для жизни вещества, которые в самом рисе отсутствуют.

Профессор Эйкман еще несколько лет потратил, пытаясь выделить яд из очищенного риса, но безуспешно. Только тогда он сдался. Он отказался от своей теории о ядах, как причине заболевания полиневритом. Он написал в1906 году: «В рисовых отрубях имеется вещество, отличное по своей природе от белков, жиров, углеводов и солей, которое необходимо для здоровья и отсутствие которого вызывает полиневрит».

Читайте также:  Какие витамины везут из финляндии

Но сказать что-нибудь определенное об этом веществе Эйкман не мог.

А между тем число последователей Лунина росло во всех странах. Вслед за Зокином из базельской лаборатории профессора Бунге, датский ученый Пекельхаринг в 1905 году проделал опыты, почти ничем не отличавшиеся от опытов Лунина.

В 1909 году немецкий ученый Стэпп обработал спиртом и эфиром молоко и хлеб и стал кормить ими мышей. Оказалось, что спирт и эфир извлекли из молока и хлеба какие-то вещества, без которых животные погибали. Но стоило дать им всего несколько капель того самого спирта и эфира, которыми Стэпп обрабатывал молоко и хлеб, и картина резко менялась: мыщи быстро поправлялись и далее чувствовали себя превосходно.

В 1906 году английский ученый Гопкинс выяснил: обязательно ли кормить животных готовыми белками? Он давал молодым крысенятам одинаковые жиры, углеводы, соли. Но одна половина крыс получала готовый белок — казеин, а другая — смесь аминокислот, входящих в состав казеина. Незадолго до того химики установили, что мельчайшая частичка любого белка — его молекула — построена, как цепочка, из звеньев молекул более простых веществ — аминокислот. Для вкуса ученый прибавлял к раствору аминокислот несколько капель молока.

Довольно долго все шло гладко. Смесь аминокислот вполне заменяла готовый белок. Профессора Гопкинса поразило другое.

Крысы, которых он специально для сравнения кормил казеином, вдруг перестали расти и начали хиреть. Неужели подвел новый казеин? — подумал профессор. Купленный им в последний раз казеин был гораздо чище прежнего.

Чтобы устранить сомнение, профессор перевел заболевших крысенят на старый, не так хорошо очищенный казеин. Животные повеселели и через несколько дней снова начали расти и прибавляться в весе.

Это стоит изучить подробнее, — решил Гопкинс.

Он тщательно промыл старый казеин и стал кормить им крысенят. Рост их прекратился и появились признаки серьезного недомогания.

Тогда Гопкинс дал крысенятам жидкость от промывки казеина. Крысенята быстро оправились и опять начали расти.

Сомнений больше не было. В плохо очищенном казеине находились какие-то вещества, без которых крысы существовать не могли.

Так выдающийся английский ученый пришел к тем же выводам, которые за 25 лет до того впервые сделал русский ученый Лунин.

Несмотря на работы Эйкмана, болезнь бери-бери продолжала приносить неисчислимые бедствия в восточных странах. Около 1910 года ею заинтересовался Лондонский институт гигиенических исследований.

Директор института доктор Мартин был очень рад, когда в 1910 году к нему зашел один знакомый, толькочто возвратившийся после многих лет жизни в восточных колониальных владениях Англии. Доктор Мартин с жадностью набросился на гостя. Он подробно расспрашивал его о бери-бери. К счастью, знакомый был сведущим человеком и смог ответить на все вопросы.

Доктор Мартин знал о работах Эйкмана. И, расспрашивая гостя, он особенно интересовался пищей больных.

— Эйкман прав, — сказал он, когда гость удалился, — Бери-бери несомненно вызывается отсутствием каких-то необходимых веществ в очищенном рисе.

Внимание доктора Мартина привлекла полузабытая работа санитарного инспектора японского флота Такаки.

Он прав, но только наполовину, — решил доктор Мартин, прочтя статью Такаки о недостатке белков в рисе как причине бери-бери. —Дело не в недостатке белковых веществ в рисе. Дело в неполноценности белков риса.

Его заявление опиралось на новые открытия химии белковых веществ. Гопкинс и другие ученые выяснили, что животное вполне может обходиться без готовых белков, если его снабжать аминокислотами — стройматериалами для их изготовления. Но оказалось, что некоторые аминокислоты могут отсутствовать в пище без всякого вреда для животного, зато без других животное погибает. Ученые назвали неполноценными белковые вещества, молекулы которых не содержат все незаменимые аминокислоты.

Доктор Мартин и предположил, что в очищенном рисе находятся неполноценные белки.

В очищенном рисе нет какой-то необходимой аминокислоты, которая есть в рисовой шелухе, — решил он. — В этом секрет заболевания бери-бери при питании полированным рисом и целебного действия рисовых отрубей.

Догадка была правдоподобной, но требовала проверки. Доктор Мартин поручил это работавшему в то время в Лондоне польскому ученому Казимиру Функу.

Казимир Функ приступил к работе. Его лаборатория наполнилась мешками с рисовыми отрубями и клетками с голубями, на которых Функ производил все испытания.

Функ начал выслеживать вещество, сообщающее рисовым отрубям целебные свойства.

Он сжег часть отрубей, собрал золу и подмешал ее к пище, которую давал больным голубям. Излечения не произошло, птицы погибли. Значит не соли, входящие в состав рисовых отрубей и оставшиеся в золе, обладают целебным действием.

Функ извлек из отрубей белковые вещества и, очистив, испытал на больных голубях. По мнению доктора Мартина именно в белках отрубей скрывалась недостающая аминокислота. Но больные голуби не подтвердили его догадку. Они не выздоровели от очищенных белков рисовой шелухи. Значит, причина бери-бери не в неполноценности белковых веществ риса.

Функ залил рисовые отруби раствором серной кислоты и кипятил смесь, пока не получился однородный раствор. Он испытал раствор на голубях — больные птицы излечились. Значит, серная кислота не разрушила активное вещество.

Тогда различными химическими веществами Функ стал последовательно осаждать составные части полученной жидкости. Отделяя твердые осадки от жидкости, он порознь испытывал их действие на голубях. Он отбрасывал ту часть, которая не излечивала птиц. А оставшуюся активную часть подвергал дальнейшему разделению. Так Функ постепенно, шаг за шагом, освобождал рисовые отруби от ненужного балласта и получал все более активные продукты.

Требовалась большая настойчивость. Целебное вещество терялось в огромной массе ненужных примесей. Собственно, само оно было ничтожной примесью к неактивным составным частям отрубей. И если бы его не выдавало чудесное действие на больных птиц, не было бы никакой возможности выделить его из рисовой шелухи.

Наконец в 1911 году, Функ получил из 50 килограммов отрубей 0,4 грамма активного вещества. Одна часть на 125 000 частей рисовой шелухи! Но зато один миллиграмм полученного вещества полностью излечивал умирающего голубя.

Впрочем оказалось, что и этому веществу далеко до полной чистоты.

Полная очистка потребовала еще несколько лет.

Но и то, чего добился Функ в 1911 году, было огромным достижением.

Впервые он держал в руках почти чистое вещество, от которого зависела жизнь животных.

Впервые догадка о роли ничтожно малых примесей каких-то веществ для нормального развития животных была окончательно подтверждена.

Впервые в руках человека находилось лекарство, быстро излечивающее страшную болезнь — бери-бери.

Функ сделал химический анализ полученного продукта — определил, какие химические элементы входят в его состав. Он нашел в нем углерод, водород, кислород, азот, серу и хлор. Он не смог установить, как связаны между собой атомы этих элементов в молекуле активного вещества. Это оказалось исключительно трудной задачей, ее решение отняло у химиков почти 25 лет. Но кое-что Функ все же определил сразу.

Он установил, что в каждой молекуле активного вещества один атом азота соединен с двумя атомами водорода. Такие группы из одного азотного и двух водородных атомов входят в состав многих известных химических соединений. Химики называют их аминогруппами, а вещества, содержащие аминогруппы, аминами.

Амины — название большого семейства химических соединений. «Амин» — фамилия, которую носят все члены семейства, так же как «кислота» — фамилия членов другого семейства, «спирт» — третьего и так далее. Но, кроме фамилии, каждый член семейства должен иметь еще собственное имя, как: уксусная кислота, муравьиная кислота, лимонная кислота, древесный спирт и т.д.

Функу предстояло дать имя открытому им амину. Функ захотел особо подчеркнуть его значение для животных. Он взял латинское слово «вита», что означает «жизнь», и соединил его со словом «амин». Так получилось название «витамин», которое вскоре облетело весь мир и вошло во все языки культурных народов.

Но вскоре это имя превратилось фамилию. Это произошло, когда Функ ознакомился с работами Лунина, Эйкмана и их последователей.

Функ увидел то, что ускользало от внимания всех ученых. Он понял, что и Лунин и Эйкман, независимо друг от друга, с разных сторон пришли к одному и тому же открытию.

Лунин установил, что животным мало пищи из одних только белков, жиров, углеводов и солей, что они погибают, если к главным составным частям пищи не добавлять хотя бы немножко каких-то других веществ.

Но Лунин и его последователи не сделали из своего открытия практических выводов. Они не смогли указать, есть ли определенные болезни, происходящие от недостатка каких-либо веществ в пище.

В свою очередь, Эйкман нашел, что болезнь бери-бери возникает только из-за отсутствия в пище каких-то веществ, отличных от белков, углеводов, жиров и солей. Но изучая одну определенную болезнь, последователи Эйкмана не поняли ее особого характера. Они думали, что в рисовых отрубях содержится такое же лекарство от бери-бери, как лекарство от малярии в коре хинного дерева.

Великая заслуга Казимира Функа в том, что он соединил в 1912 году результаты обоих направлений в науке в одну стройную теорию.

Животные погибают, питаясь одними белками, солями, жирами и углеводами потому, — заявил Функ, — что в такой пище нет как раз тех веществ, которые предохраняют от бери-бери и некоторых других болезней.

Функ доказал, что Лунин открыл не просто любопытный, лишенный практического смысла факт, а общую причину болезней особого рода.

Функ доказал, что бери-бери — одна из таких болезней, а обнаруженное Эйкманом в рисовых отрубях вещество, излечивающее бери-бери, — одно из тех веществ, которых недостает в пище из чистых белков, углеводов, жиров и солей.

Функ доказал, что есть болезни, возникающие от недостатка в пище определенных веществ.

Функ думал, что все необходимые для жизни вещества, которые сам организм животного вырабатывать не умеет, а обязательно должен получать с пищей, относятся к классу аминов, и назвал их все витаминами, превратив, таким образом имя «витамин» — в фамилию.

Дальнейшее развитие науки не подтвердило его догадку. Оказалось, что большинство витаминов — не «амины». Но зато главная мысль Функа о значении для здоровья и жизни животных веществ, которые он назвал витаминами, подтвердилась блестяще. Поэтому название «витамины» распространилось так быстро и привилось так прочно, что применяется повсюду и теперь.

Открытия Лунина, Эйкмана и их последователей были теми гранитными глыбами, из которых Функ, расположив их в нужном порядке и сцементировав воедино, создал прочный фундамент для плодотворных исследований в области витаминов.

Были открыты и выделены в чистом виде витамины, предохраняющие от куриной слепоты и болезней глаз, — витамин «А», от бери-бери — витамин «В», от цынги — витамин «С», от рахита — витамин «Д» и другие.

Установлена химическая природа большинства открытых витаминов. Разработаны методы искусственного получения многих витаминов. Сделаны первые догадки о причинах чудесного действия ничтожных количеств витаминов на здоровье и жизнь животных.

Много еще в науке о витаминах неизвестного, таинственного, загадочного. Но исключительное значение витаминов привлекает столько ученых к изучению их, что завеса таинственности над витаминами уменьшается с каждым днем.

источник

Ко второй половине 19 века было выяснено, что пищевая ценность продуктов питания определяется содержанием в них в основном следующих веществ: белков, жиров, углеводов, минеральных солей и воды.

Считалось общепризнанным, что если в пищу человека входят в определенных количествах все эти питательные вещества, то она полностью отвечает биологическим потребностям организма. Это мнение прочно укоренилось в науке и поддерживалось такими авторитетными физиологами того времени, как Петтенкофер, Фойт и Рубнер.

Однако практика далеко не всегда подтверждала правильность укоренившихся представлений о биологической полноценности пищи.

Практический опыт врачей и клинические наблюдения издавна с несомненностью указывали на существование ряда специфических заболеваний, непосредственно связанных с дефектами питания, хотя последнее полностью отвечало указанным выше требованиям. Об этом свидетельствовал также многовековой практический опыт участников длительных путешествий. Настоящим бичом для мореплавателей долгое время была цинга; от нее погибало моряков больше, чем, например, в сражениях или от кораблекрушений. Так, из 160 участников известной экспедиции Васко де Гама прокладывавшей морской путь в Индию, 100 человек погибли от цинги.

История морских и сухопутных путешествий давала также ряд поучительных примеров, указывавших на то, что возникновение цинги может быть предотвращено, а цинготные больные могут быть вылечены, если в их пищу вводить известное количество лимонного сока или отвара хвои.

Таким образом, практический опыт ясно указывал на то, что цинга и некоторые другие болезни связанны с дефектами питания, что даже самая обильная пища сама по себе еще далеко не всегда гарантирует от подобных заболеваний, и что для предупреждения и лечения таких заболеваний необходимо вводить в организм какие-то дополнительные вещества, которые содержаться не во всякой пище.

Экспериментальное обоснование и научно-теоретическое обобщение этого многовекового практического опыта впервые стали возможны благодаря, открывшим новую главу в науке, исследованиям русского ученого Николая Ивановича Лунина, изучавшего в лаборатории Г. А. Бунге роль минеральных веществ в питании.

Лунин он обнаружил, что мыши не могут выжить, питаясь искусственной смесью из белка, жира, сахара и минеральных солей.

Вывод Лунина не получил признания, даже его руководитель Г.Бунге отнесся к этой идее скептически. И его можно понять. Еще в XIV в. английский философ Уильям Оккам провозгласил: «Сущности не следует умножать без необходимости». И этот принцип, известный как «бритва Оккама», ученые взяли на вооружение.

Вот и в случае с открытием Лунина научный мир не спешил признавать существование каких-то неизвестных веществ. Ученые вначале хотели убедиться в том, что смерть мышей не обусловлена нехваткой веществ уже известных. Предположений было много: нарушение «нормального соединения органических и неорганических частей», неравноценность молочного и тростникового сахара, недостаток органических соединений фосфора и т.п.

И все-таки Лунин оказался прав! Его работа не была забыта, напротив, она стимулировала дальнейшие исследования в этом направлении. Но уровень экспериментального мастерства Лунина долгое время не был превзойден. Его последователи часто получали ошибочные результаты вследствие либо недостаточной очистки веществ, либо копрофагии (поедание собственного кала), либо недостаточной продолжительности опытов.

Каждая мелочь имела значение. Например, Лунин брал не молочный, а тростниковый сахар. Критики обращали на это внимание: искусственная смесь Лунина не совсем адекватна молоку. Но те, кто использовал молочный сахар, не учитывали, что он недостаточно очищен: впоследствии выяснилось, что в нем содержатся в виде примеси витамины группы В.

Потребовалось тридцать лет для того, чтобы убедиться, что неудачи в кормлении животных искусственными смесями не связаны с отсутствием в пище ни нуклеиновых кислот, ни фосфолипидов, ни холестерина, ни незаменимых аминокислот, ни органических комплексов железа. И вывод о том, что в продуктах питания содержатся в очень малых количествах вещества, абсолютно необходимые для жизни, становился все более очевидным.

В то время медики пытались понять причины таких распространенных заболеваний, как цинга, бери-бери и пеллагра. Неоднократно высказывались предположения, что эти болезни связаны с неполноценным питанием, но доказать эту точку зрения было невозможно без экспериментальной проверки на животных.

Н.И.Лунин проводил свои опыты на мышах, содержавшихся на искусственно приготовленной пище. Эта пища состояла из смеси очищенного казеина (белок молока), жира молока, молочного сахара, солей, входящих в состав молока и воды. Казалось, налицо были все необходимые составные части молока; между тем мыши, находившееся на такой диете, не росли, теряли в весе, переставали поедать даваемый им корм и, наконец, погибали. В то же время контрольная партия мышей, получившая натуральное молоко, развивалась совершенно нормально. На основании этих работ Н.И. Лунин в 1880 г. пришел к следующему заключению: «…если, как вышеупомянутые опыты учат, невозможно обеспечить жизнь белками, жирами, сахаром, солями и водой, то из этого следует, что в молоке, помимо казеина, жира, молочного сахара и солей, содержатся еще другие вещества, незаменимые для питания. Представляет большой интерес исследовать эти вещества и изучить их значение для питания».

Это было важное научное открытие, опровергавшее установившееся положения в науке о питании. Результаты работ Н.И. Лунина стали оспариваться; их пытались объяснить, например, тем, что искусственно приготовленная пища, которой он в своих опытах кормил животных, была якобы невкусной.

В 1890 г. К.А. Сосин повторил опыты Н.И. Лунина с иным вариантом искусственной диеты и полностью подтвердил выводы Н.И.Лунина. Все же и после этого безупречный вывод не сразу получил всеобщее признание.

Блестящим подтверждением правильности вывода Н.И. Лунина установлением причины болезни бери-бери, которая была особенно широко распространена в Японии и Индонезии среди населения, питавшегося главным образом полированным рисом. Врач Эйкман, работавший в тюремном госпитале на острове Ява, в 1896 году подметил, что куры, содержавшиеся во дворе госпиталя и питавшиеся обычным полированным рисом, страдали заболеванием, напоминающим бери-бери. После перевода кур на питание неочищенным рисом болезнь проходила.

Наблюдения Эйкмана, проведенные на большом числе заключенных в тюрьмах Явы, также показали, что среди людей, питавшихся очищенным рисом, бери-бери заболевал в среднем один человек из 40,тогда как в группе людей, питавшихся неочищенным рисом, ею заболевал лишь один человек из 10000.

Таким образом, стало ясно, что в оболочке риса (рисовых отрубях) содержится какое -то неизвестное вещество, предохраняющее от заболевания бери-бери. В 1911 году польский ученый Казимир Функ выделил это вещество в кристаллическом виде (оказавшееся, как потом выяснилось, смесью витаминов); оно было довольно устойчивым по отношению к кислотам и выдерживало кипячение с 20% раствором серной кислоты. В щелочных растворах активное начало очень быстро разрушалось. По своим химическим свойствам это вещество принадлежало к органическим соединениям и содержало аминогруппу. Функ пришел к заключению, что бери-бери является только одной из болезней, вызываемых отсутствием каких-то особых веществ в пище.

В 1889 г. голландский врач Х.Эйкман обнаружил у кур заболевание, сходное с бери-бери. Болезнь вызывалась при питании полированным рисом. Через несколько лет норвежские ученые сумели вызвать у морских свинок экспериментальную цингу и показать, что она также связана с недостатком питания.

К 1910 г. был накоплен достаточный материал для открытия витаминов. И в 1911–1913 гг. произошел прорыв в этом направлении. За очень короткое время появилось большое число работ, заложивших основы учения о витаминах.

Читайте также:  Какие витамины внутримышечно для взрослых

В 1910 г. директор Листеровского института в Лондоне Ч.Дж. Мартин поручил молодому поляку К.Функу заняться выделением вещества, которое предотвращает от бери-бери. Мартин полагал, что это – какая-то незаменимая аминокислота. Но Функ, проанализировав литературу и проделав ряд предварительных опытов, пришел к выводу, что активным веществом является простое азотсодержащее органическое основание (амин), и применил методы исследования, разработанные для таких соединений.

Несмотря на то, что эти особые вещества присутствуют в пище, как подчеркнул ещё Н.И. Лунин, в малых количествах, они являются жизненно необходимыми. Так как первое вещество этой группы жизненно необходимых соединений содержало аминогруппу и обладало некоторыми свойствами аминов, Функ (1912) предложил назвать весь этот класс веществ витаминами (лат. vita — жизнь, амин – наличие аминогруппы). Впоследствии оказалось, что многие вещества этого класса не содержат аминогруппы. Тем не менее, термин «витамины» настолько прочно вошел в обиход, что менять его не имело уже смысла. Исследователи, которые открыли и изучали витамины, предложили назвать их буквами алфавита. Так первый открытый витамин – витамин А. Следующий за ним получил название витамина В, но оказалось, что речь шла о целой группе веществ и к букве стали присоединять порядковый номер: 1, 2и т. д.

Почти одновременно с вышеупомянутой статьей Функа, в июле 1912 г., была опубликована большая работа известного английского биохимика Ф.Г. Хопкинса. В тщательно проведенном эксперименте на крысах он доказал, что для роста животных необходимы вещества, присутствующие в молоке в небольших количествах, при этом их действие не связано с улучшением усвояемости основных компонентов пищи, т.е. они имеют самостоятельное значение. Функ знал о работе Хопкинса еще до выхода этой статьи, в своей статье он предполагал, что открытые Хопкинсом факторы роста также являются витаминами.

Дальнейшие успехи в развитии учения о витаминах связаны в первую очередь с работами двух групп американских ученых: Т.Б. Осборна–Л.В. Менделя и Э.В. Мак-Коллума–М.Дэвис. В 1913 г. обе группы пришли к выводу, что в некоторых жирах (молочном, рыбьем, жире яичного желтка) содержится фактор, необходимый для роста. Два года спустя, под влиянием работ Функа и Хопкинса и избавившись от экспериментальных ошибок, они убедились в существовании еще одного фактора – водорастворимого. Жирорастворимый фактор не содержал азот, поэтому Мак-Коллум не стал использовать термин «витамин». Он предложил называть активные вещества «жирорастворимый фактор А» и «водорастворимый фактор В».

Вскоре выяснилось, что «фактор В» и препарат, полученный Функом, взаимозаменяемы, а «фактор А» предотвращает ксерофтальмию и рахит. Родство витаминов и факторов роста стало очевидным. Был получен еще один фактор – противоцинготный. Возникла необходимость упорядочить номенклатуру.

В 1920 г. Дж.Дреммонд скомбинировал термины Функа и Мак-Коллума. Для того, чтобы не привязывать витамины к определенной химической группе, он предложил опустить концевое «e», и с тех пор этот термин на языках, использующих латинский алфавит, пишется vitamin. Дреммонд также решил сохранить буквенное обозначение Мак-Коллума: в результате появились названия «витамин А» и «витамин В». Противоцинготный фактор получил имя «витамин С».

В настоящее время известно около 20 различных витаминов. Установлена и их химическая структура; это дало возможность организовать промышленное производство витаминов не только путём переработки продуктов, в которых они содержаться в готовом виде, но и искусственно, путём их химического синтеза.

Исследования послужили началом всестороннего широкого изучения витаминов. Ввиду важного физиологического значения витаминов к их изучению активно привлекались ученые разных специализаций – физиологи, химики, биохимики. В результате их исследований витаминология (учение о витаминах) выросла в большую, бурно развивающуюся отрасль знаний.

ЛУНИН Николай Иванович (1853— 1937)— советский педиатр, доктор медицины (1880), основоположник учения о витаминах.

Окончил мед. ф-т Дерптского (ныне Тартуский) ун-та в 1878 г. В 1881 г. работал ассистентом в психиатрической клинике Дерптского ун-та, затем находился за границей. С 1882 г. и до конца своей жизни работал в Петербурге (затем Ленинграде) педиатром в ряде б-ц.

Н. И. Лунин опубликовал ок. 40 научных работ, посвященных в основном вопросам педиатрии. Под руководством Г. Бунге подготовил и в 1880 г. защитил докт, диссертацию на тему о значении неорганических солей в питании животных. Тогда же Н. И. Лунин впервые экспериментально доказал, что для нормальной жизнедеятельности животных (мышей) в пище, кроме белков, жиров, углеводов, минеральных солей и воды, должны содержаться еще и другие вещества, которые совершенно необходимы для питания; позднее они были обнаружены и названы К. Функом (1911) витаминами (см.). Н. И. Лунин положил начало учению о витаминах.

Он значительно усовершенствовал методику изучения потребностей организма в пище, добился высокой чистоты питательных веществ, используемых для приготовления искусственной диеты, обосновал целесообразность использования в эксперименте мелких лаб. животных (мышей) и разработал меры по предотвращению копрофагии.

Сочинения: Uber die Bedeutung der anorganischen Salze fur Ernahrung des Tieres, Diss., Dorpat, 1880.

Библиография: Ефремов В. В. Открытие витаминов H. И. Луниным, Вопр, пит., т. 13, № 5, с. 3, 1954; И д e л ь-чик Х.И. и Левит М.М. К истории открытия витаминов и инсулина, Сов. здравоохр., № 4, с. 48, 1949; Краснянский Л.М. Научная деятельность Н. И. Лунина в Юрьевском университете, Вопр, пит., т. 11, № 5, с. 38, 1952; Мартинсон Э.Э. 70-летие основания учения о витаминах Н. И. Луниным в Тартуском университете, 1880 —1950, Таллин, 1951; он же, Открытие Н. И. Луниным витаминов, в кн.: Совр. вопр. сов. витаминол., под ред. Ф. Г. Кроткова и др., с. 5, М., 1955.

Помощь Абитуриенту » Николай Иванович Лунин исследовал влияние химического состава пищи на мышей. Он

Николай Иванович Лунин исследовал влияние химического состава пищи на мышей. Он кормил их искусственными смесями белков, жиров и углеводов. Мыши гибли на 11 день. Он добавил в пищу поваренную соль и воду. Мыши гибли на 30 день. Когда Н.И. Лунин добавил в их искусственную пищу все необходимые соли, все мыши тоже погибли. Другая группа мышей питалась коровьим молоком и была здорова.

Какие выводы сделал Н.И. Лунин из первого опыта? Какие выводы он сделал после кормления мышей пищей, содержащей все необходимые соли? Почему выжили мыши, питавшиеся коровьим молоком?

Ответов: 1 | Категория вопроса: Подготовка к ЕГЭ

© 2018 Все права защищены. Помощь абитуриенту — обычный поиск решений или отвеов на вопросы вам не помог? Задайте вопрос специалистам на нашем сайте «http://abiturient24.com»

Николай Иванович Лунин (9 мая (21 мая) 1854, Дерпт, Российская империя — 18 июня 1937, Ленинград, СССР) — действительный статский советник, доктор медицины, российский и советский педиатр, четвёртый главный врач детской больницы принца Петра Ольденбургского в Санкт-Петербурге, председатель Санкт-Петербургского Общества детских врачей, автор учения о витаминах. Русский, сменивший православное вероисповедание в 1887 г. (при вступлении в брак) на евангелическо-лютеранское. Зять ботаника, академика Карла Ивановича Максимовича.

Родился в семье дерптского педагога и лексикографа, автора первого эстонско-русского словаря и переводов православных книг на эстонский язык Ивана Лунина и его жены Анны ур. Бакалдиной.

После окончания в 1873 году дерптской гимназии Н. И. Лунин поступил на медицинский факультет Императорского Дерптского университета, где до 1893 года преподавание велось на немецком языке. Он успешно окончил университет в 1878 году и для «дальнейшего совершенствования» был оставлен при кафедре физиологии. Сначала Н. И.

Лунин в течение года стажировался в университетских клиниках Берлина, Парижа, Вены и Страсбурга. Затем, вернувшись в Дерпт, он под руководством доктора химии — в те годы ещё доцента — Густава Бунге (Gustav von Bunge) выполнил своё знаменитое экспериментальное диссертационное исследование, обессмертившее его имя, которое назвал: «Ueber die Bedeutung der anorganischen Salze fr die Ernhrung des Thieres» («О значении неорганических солей для питания животных»).

Н. И. Лунин взял две группы мышей. Одну кормил натуральным коровьим молоком, а другую — смесью белков, жиров, углеводов и минеральных солей, по составу и в соотношениях полностью соответствовавших коровьему молоку. Вся вторая группа мышей вскоре погибла, что позволило Николаю Ивановичу высказать соображение о содержании в молоке (как, впрочем, и любой другой пище) неизвестных, но необходимых для жизни веществ в крайне малых количествах, которые он условно и назвал «неорганическими солями»:

«… если, как вышеупомянутые опыты учат, невозможно обеспечить жизнь белками, жирами, сахаром, солями и водой, то из этого следует, что в молоке, помимо казеина, жира, молочного сахара и солей, содержатся еще другие вещества, незаменимые для питания. Представляет большой интерес исследовать эти вещества и изучить их значение для питания».

Учёный совет университета во время защиты в 1880 году высказался весьма скептически о значении диссертации Н. И. Лунина. Даже его научный руководитель Г. Бунге отнесся к идее своего ученика с большим сомнением. Тем не менее Н. И. Лунин получил искомую учёную степень доктора медицины и продолжил службу врачом по министерству государственных имуществ Дерпт-Верроского округа.

В 1882 году Н. И. Лунин переехал в Санкт Петербург и в течение трёх лет работал врачом в детской больницы принца Ольденбургского (с 1919 г. больница им. К. А. Раухфуса). В 1885 году в Клиническом институте Великой княгини Елены Павловны для научно-практического совершенствования врачей был образован курс детских болезней который возглавил профессор Владимир Николаевич Рейтц. Он пригласил к себе Николая Ивановича, который оказался одним из первых преподавателей курса, преобразованного впоследствии во вторую в Санкт-Петербурге кафедру детских болезней.

В 1897 году Н. И. Лунин покинул курс, перейдя в Елизаветинскую больницу для малолетних детей и одновременно возглавив Николаевский детский приют на Тверской ул., д 6. В том же году Николай Иванович занялся активной общественной деятельностью. Он вошёл в состав Собственной Его Императорского Величества канцелярии по учреждениям императрицы Марии (отделение по учреждению институтов императрицы Марии), состоял членом Общества немецких врачей, Общества детских врачей, где председательствовал в период с 1914 по 1920 гг., Русского географического общества.

Перед началом Первой мировой войны Н. И. Лунин был вновь приглашён, на этот раз уже старшим врачом (совр.: начмед) в детскую больницу принца Ольденбургского. В 1919 году, после смерти главного врача Юлия Петровича Серка он возглавил больницу, которая при нём и получила имя её основателя К. А. Раухфуса. В 1925, оставив административный пост, Николай Иванович ещё долго работал ведущим консультантом стационара по педиатрии и «горловым, носовым и ушным» заболеваниям.

Академик Российской академии наук (2000 год)
Член-корреспондент Российской академии наук (1991 год)
Профессор Химического факультета МГУ (1987 год)

Декан Химического факультета МГУ с 1992 года
Заведующий кафедрой физической химии
Заведующий лабораторией катализа и газовой электрохимии

Родился 31 января 1940 г, окончил Химический факультет МГУ в 1967 г.

В 1972 году защитил кандидатскую диссертацию «Исследование каталитической активности металлов IVБ и VIБ групп, содержащих водород в кристаллической решетке, в реакциях гидро-дегидрогенизации и изомеризации углеводородов»;
в 1982 году — докторскую диссертации «Структура и свойства катализаторов на основе гидридов интерметаллидов»

В 1999 году за заслуги перед государством В.В.Лунин награжден Орденом Почета.

В 2005 году к 250-летию Московского государственного университета – Орденом «За заслуги перед отечеством IVстепени».

Профессор В.В. Лунин известен как крупный специалист в области гетерогенного катализа и физической химии поверхности, работы которого получили широкое признание в нашей стране и за рубежом. Он является основателем и руководителем научной школы » Фундаментальные представления о закономерностях формирования новых каталитически активных систем на базе интерметаллических соединений и их гидридов».

  • разработаны основы создания нового класса гетерогенных катализаторов на базе интерметаллических соединений и их гидридов;
  • выполнены фундаментальные исследования физико-химических и каталитических свойств интерметаллических соединений и их гидридов;
  • открыто и изучено явление ускорения структурных и фазовых превращений в полиметаллических системах под влиянием водорода гидридных фаз.
  • разработаны физико-химические основы создания нового класса гетерогенных катализаторов на базе интерметаллических соединений и их гидридов. Показаны широкие возможности использования этих систем для приготовления эффективных катализаторов различных реакций углеводородов, синтеза функциональных органических соединений из CO и водорода, превращения гетероатомных органических соединений, разработаны методы утилизации высокотоксичных азотосодержащих органических соединений, в том числе ракетных топлив на основе несимметричного диметилгидразина;
  • предложены оригинальные методики получения тонких ферромагнитных пленок на поверхности немагнитных соединений.

В последние годы В.В. Луниным и его учениками выполнен цикл работ по воздействию нетрадиционных видов энергии на физико-химические и каталитические свойства твердого тела. Впервые показана возможность регенерации катализаторов различных типов обработкой в пучке ускоренных электронов и разработаны методы радиационно-термической регенерации катализаторов крекинга, реформинга, и др. На основе проведенных исследований создана технологическая схема регенерации отработанных катализаторов.

Декан химического ф-та акад. В.В.Лунин и
ректор МГУ акад. В.А.Садовничий
на юбилее факультета

Профессор В.В. Лунин принимает участие в организации работ по созданию экологически безопасных процессов химии и химической технологии. Проводятся исследования по разработке катализаторов утилизации отходящих газов различных производств, использованию озона для решения экологических проблем. Разработаны и внедрены в практику озонная технология очистки сточных вод различных предприятий, катализаторы для разложения остаточных количеств озона.

Впервые в отечественной и мировой практике на базе глубоких научных исследований химии озона и основ его синтеза в газоразрядной плазме, коллектив, возглавляемый В.В.Луниным, создал принципиально новые генераторы озона, ставшие материальным базисом для развития многочисленных и разнообразных приложений озонных технологий, в том числе и в медицинской практике.

Под руководством В.В.Лунина ведутся комплексные исследования по разработке технологии переработки высококипящих отходов, состоящих преимущественно из хлорорганических соединений. Новая технология переработки таких отходов методом каталитического восстановительного дехлорирования является экологически чистой, ресурсосберегающей технологией, направленной, прежде всего, на утилизацию перхлорированных соединений (гексахлорэтана, гексахлорбутадиена, гексахлорбензола, тетрахлорметана, полихлорированных бифенилов и содержащих указанные соединения смесей). Отличительной особенностью данной технологии является возможность переработки соединений, содержащих до 89% масс. хлора.

По результатам исследований В.В. Луниным с соавторами опубликовано более 700 печатных работ, в том числе ряд монографий; получено более 70 авторских свидетельств и патентов.

За цикл работ «Новые гетерогенные катализаторы на основе интерметаллических соединений и их гидридов» В.В. Лунин удостоен премии имени академика А.А. Баландина Президиума РАН

В 1999г. коллектив авторов во главе с В.В. Луниным удостоен Премии Правительства РФ за разработку и промышленную реализацию технологии двухступенчатого окисления аммиака в производстве азотной кислоты на основе сотового оксидного катализатора. Эта технология была в 1995-1998 гг внедрена на предприятиях ОАО «Азот» в городах Березники, Череповец и Невинномысск.

В 2005 – 2006 гг Фонд содействия отечественной науке – лауреат в номинации «Выдающиеся ученые России. Химия»

В 2005 году В.В.Лунин с коллективом авторов удостоен Премии Правительства Российской Федерации в области науки и техники за работу «Исследование физико-химических основ синтеза озона, разработка и широкое внедрение принципиально новых лечебных технологий с использованием озона».

Деятельность в области химического образования

Деятельность проф. В.В. Лунина в области образования включает:

Занятия со студентами химического и биологического факультетов. Чтение лекционных курсов и проведение практикума и семинаров по проблемам:

  • «Научные основы приготовления катализаторов»
  • «Химия каталитических процессов»
  • «Экспериментальные методы в катализе»
  • «Современные проблемы катализа и газовой электрохимии»

Выступление с лекциями в университетах зарубежных стран (Германии, Италии, Японии, США , Великобритании).

Работа со школьниками. В.В.Лунин – организатор Международных химических олимпиад и Председатель оргкомитетов Международных Менделеевских и Всероссийских химических олимпиад.

На фотографии — организаторы XXXII менделеевской олимпиады школьников на заключительном заседании при подведении итогов:
(слева направо в первом ряду)
председатель оргкомитета — Г.А.Кулакова, председатель оргкомитета — чл.-корр. В.В. Лунин, проф. Ю.А. Устынюк, проф.

М.Б. Баткибекова, вице-президент АН КР академик К.С. Сулайманкулов
(Кыргызская республика, 1998)

В 1993 г. В.В. Лунин явился одним из инициаторов создания филиала химического факультета в Черноголовском научном центре РАН.

Под руководством В.В. Лунина подготовлено шесть докторов наук и более 50 кандидатов.

За вклад в развитие образования и педагогическую деятельность в 1997 г. В.В. Лунин Ученым Советом МГУ удостоен Ломоносовской премии, а в 1998 году Премии Президента Российской Федерации в области образования за разработку концепции «Новые подходы к взаимодействию средней и высшей школы в области химического образования. Концепция и практическая реализация». В 2001 году В.В.Лунину вручена Премия Правительства Москвы за проведение эффективной работы по взаимодействию с общеобразовательными учреждениями.

Доклад В.В. Лунина на юбилейной научной сессии , просвященной 275 — летию Академии Наук «Интеграция высшей школы и институтов РАН — важнейший элемент будущего развития российской науки»

Административная и общественная деятельность

  • председатель Совета учебно-методического объединения по химии университетов России,
  • зам. академика — секретаря отделения общей и технической химии РАН,
  • член Комиссии при Президенте РФ по Государственным премиям в области науки и техники,
  • главный редактор журналов «Вестник Московского университета. Серия Химия» и «Физическая химия»,
  • член редколлегии журналов: «Кинетика и катализ», «Химия в школе», «Химия твердого топлива», «Химическая промышленность», «Катализ в промышленности».
  • председатель научного Совета РАН по химии твердого ископаемого топлива,
  • заместитель председателя научного Совета РАН «Катализ и его промышленное использование»
  • вице-президент Союза научных обществ России,
  • председатель экспертного совета ВАК по химии,
  • председатель диссертационного совета по присуждению ученых степеней кандидата и доктора химических наук,
  • член Попечительского Совета Ассоциации выпускников МГУ в Германии
  • почетный член Института нефтехимического синтеза им. А.В. Топчиева РАН
  • член Президиума Правления Российского Химического общества им. Д.И.Менделеева.

Основные публикации последнего времени

Монография. В.В. Лунин, Попович М.П., Ткаченко С.Н.
«Физическая химия озона»
Изд-во. МГУ, 1998

Gromov A.R., Kouznetsova N.N., Yudina S.L., Lunin V.V.
«The investigation of titanium hydride oxidation process.
Journal of Alloys and Compounds 1997, V.261, P.269-272

Харланов А.Н, Лунина Е.В., Лунин В.В.
«Электроноакцепторные свойства поверхности диоксида циркония, модифицированного оксидами иттрия и лантана.»
Журналфиз. химии. 1997. Т.71. N 11.С.1949-1954.

Sadykov V.A., Paukshtis E.A., Lunina V., Kharlanov A.N., Matyshak V.A., Rozovskii A.Ya., Lunin V.V.
«Reactivity and transfomation routes of surface nitrates in the reaction of NOx reduction by C3H8 over cation-exchanged zeolites».
React. Kinet. Catal. Lett., 1998, V.65, N1, P.113-119.

Yu. Solovetski, D. Panteleev, Lunin V.V.
«High-Temperature electron irradiation and radiation-thermal Technology for utilization purification and production of some metals»
Radiation Physics and Chemistry, 1998, V.52, N1-6, P.659-664.

Чернавский П.А., Лунин В.В.
«Топохимические процессы в катализаторах гидрирования CO»
Кинетика и Катализ, т.40, N 3, 423-430, 1999

источник